ПРИСЛУШАЙТЕСЬ К ФИЛОКАРТИСТАМ

Размеры открыток имеют для коллекционеров огромное значение
Сергей Розанов

ВЫСТАВКА "Русское искусство из музеев Центральной России", прошедшая в Москве, пользовалась огромным успехом у жителей столицы. Соскучившиеся по подобным экспозициям москвичи проводили в длинных очередях долгие часы, чтобы увидеть малоизвестные полотна Тропинина и Боровиковского, Айвазовского и Куинджи, Бакста и Кустодиева, хранящиеся в музеях Костромы, Смоленска, Тулы, Иванова, Зарайска и других собраниях центрального региона страны. Казалось бы, при таком интересе людей к искусству должны были бы идти нарасхват открытки с этих полотен, изданные выставочным центром РОСИЗО специально к выставке. Но этого не произошло. Посетители приобретали их неохотно, а каждый второй из покупателей еще и выражал недовольство этими почтовыми карточками.

На первый взгляд трудно найти причины такой негативной реакции покупателей, большинство из которых были филокартистами: две трети из репродуцированных произведений воспроизведены на открытках впервые, качество изображения - на уровне мировых стандартов, цена - 6 рублей за штуку - тоже приемлемая. Но все же основание для недовольства было очень серьезным: нестандартный - 11х16 см - формат открытки.

Размеры открыток имеют для коллекционера огромное значение. За 130-летнюю историю филокартии их коллекции сложились из репродукций двух форматов: 9х14 и 10х15 см, и даже небольшое отклонение от последнего в сторону увеличения создает неимоверные трудности для хранения почтовых карточек. Их нельзя вложить в стандартный почтовый конверт и вставить в прорези альбома с картонными листами, изготовленные специально под вышеуказанные форматы. Не "влезают" они и в карманы фотоальбомов с полиэтиленовыми страницами, также предназначенные для репродукций размером не более чем 10х15 см. И для того чтобы включить открытки увеличенного формата в коллекцию, филокартистам приходится прибегать к прямо-таки варварскому методу: подрезать их до альбомного размера, срезая при этом часть изображения. О том, насколько страдает при этом внешний вид карточек, говорить, наверное, излишне.

Однако, несмотря на явную нелюбовь филокартистов к таким репродукциям, все больше и больше издательств переходят на выпуск открыток увеличенного размера. Так, несколько никогда не издававшихся на открытках произведений К.Брюллова репродуцировало в большом формате, будто дразня коллекционеров, издательство Русского музея в Петербурге; "неформатную" подборку почтовых карточек, посвященную творчеству гравера И.Пожалостина, издали Комитет по вопросам культуры и искусства администрации Рязанской области и Рязанский областной художественный музей; не помещающиеся в альбомы и конверты открытки выпустило к проходившей в Историческом музее выставке "1000 и 12 стульев" издательство музея совместно с Дизайн-студией "Константа". И даже издательство Третьяковской галереи, долгое время радовавшее поклонников открыток качественными изданиями альбомного формата, тоже поддалось общей моде и выпустило "крупнокалиберный" комплект, посвященный древнерусскому искусству.

Конечно, Россия - не единственная страна, где выпускаются открытки увеличенного формата. Подобные издания можно встретить и во многих западноевропейских государствах. Однако там наряду с большеформатной открыткой можно приобрести и ту же самую репродукцию, изданную в "классическом" формате. При этом открытки с альбомными параметрами пользуются большей популярностью, чем с увеличенными. Автору лично довелось наблюдать, как в музее Ватикана покупатели отдавали предпочтение репродукции фрески Микеланджело "Страшный суд" именно альбомного формата перед увеличенной, хотя на последней рассматривать эту многофигурную композицию было легче. Причина такого предпочтения крылась все в том же: удобстве хранения открытки обычного формата.

Несоответствием нового формата открыток традиционным способам их хранения недовольны практически все коллекционеры бывшего СССР. Но в ответ на их обращения работники издательств неизменно говорят, что они выпускают открытки не для коллекционеров, а для среднестатистического посетителя музея или выставки. Пусть так. Однако не стоит забывать, что мы живем в непредсказуемое время, и никто не может поручиться за то, что эти репродукции не окажутся единственным напоминанием (не дай Бог, конечно) об утраченном произведении искусства, как это уже случалось не раз на протяжении уходящего века (вспомним хотя бы недавние разрушения музеев Бухареста и Грозного). А долгая жизнь открытке суждена не у пресловутого среднестатистического посетителя, а лишь в коллекции филокартистов. Именно к ним пришли реставраторы, работавшие над восстановлением фонтана "Самсон" в Петергофе и картин Репина и Васнецова в Историческом музее. Именно к ним обратились за помощью криминалисты при поисках колье, некогда принадлежавшего певице Вяльцевой. Именно их открытками иллюстрируются искусствоведческие труды и энциклопедические издания. И не прислушаться к мнениям филокартистов, являющихся основными потребителями открыток, было бы по меньшей мере неразумно.




Версия для печати
Комментарии: (1)   Рейтинг: